Сэм Альтман, глава OpenAI, в одном из интервью несколько дней назад сказал: "Мы сейчас, можно сказать, уже внутри сингулярности. Вот этот момент наступил". И Альтман объяснял, что его сегодняшнее положение отличается от ситуации десять лет назад, что десять лет назад сингулярность была далекой гипотезой, которую можно было обсуждать за обедом где-то, и что теперь технологии, по его мнению, действительно вошли в тот период, о котором раньше только рассуждали. При этом он не ожидает одного четкого момента, когда можно будет сказать: вчера сингулярности не было, а сегодня она наступила.
Он представляет развитие как такую быстро ускоряющуюся кривую и внутри которой происходят постоянные процессы, и они соприкасаются с нашей жизнью. Всем привет! Мы на канале ToTheMoon: технологические новости и инсайты из Кремниевой долины.
Я изначально вообще, когда услышал про сингулярность, не сверх сильно хотел как-то про это рассказывать или что-то про это описывать, или что-то про это обсуждать. Да? Потому что, такая тема, вроде как абстрактная. Хотя, вот, кстати, в этой беседе Альтман обозначил некоторый политический выбор будущего относительно сингулярности. Да, он сказал, что либо человечество создаст одну сверхмощную централизованную систему, находящуюся под контролем одной компании или государства, либо технологии будут широко распределены между людьми, компаниями и странами. Но я думаю, что сейчас решается вопрос, движемся ли мы к миру авторитаризма с И или к миру свободы.
Мы собираемся решить, что из-за вполне реальных проблем с безопасностью и экономикой мы хотим, чтобы единственным богом машины была одна модель или одна компания, которая будет этим заниматься. Или мы скажем: знаете что, может быть, это будет немного сумбурно, но каждый раз, когда человечество отказывалось от свободы ради безопасности, это приводило к долгосрочным убыткам. И поэтому мы отдадим это в руки людей, дадим им больше возможностей, позволим обществу выражать свои идеи и использовать эту технологию так, как они хотят.
Конечно, в рамках определенных ограничений, но с большим потенциалом и возможностями. И мне очень важно, чтобы мы поступили именно так. И тут буквально, кстати, несколько дней назад Цукерберг выложил, там, целую тему по целое эссе по поводу того, что искусственный интеллект должен быть у людей. И Альтман считает, что вот этот первый вариант, когда искусственный интеллект принадлежит компаниям, что он фактически самый опасный. И это сценарий некоторого машинного бога в его лексике. А второй сценарий, он такой, типа хаотичный, предпочтительный путь свободы, широкого доступа к возможностям искусственного интеллекта.
Вы что думаете? Сейчас мы с вами разберемся вообще с этим вопросом. Еще раз. Тебе очень интересно, вы что думаете, напишите, про эту тему. И вы вообще за какой выбор, кстати? Вот кажется вроде, что человек должен, сделать выбор в пользу, что всем владеют люди. Что это вообще такое? Вот всем владеют люди - это что? Это где такое есть? Это что вообще в нашем обществе такое, чем владеют все люди? Воздухом? Солнцем? Ну а чем владеют люди? Можно сказать, что люди, которые живут в определенном городе, якобы они владеют на этом определенном городе или граждане определенной страны чем-то владеют.
Но они точно владеют или типа владеют? Они могут в полной мере использовать или типа пользоваться. А кто контролирует это? Какие системы это контролируют? Это единственное государство мира контролирует или что? Ну и поэтому, мне кажется, некоторая утопичная история думать, что второй вариант возможен, что если второй вариант возможен, что это то это в данном случае должен быть вообще супербог. Это не должна быть ни компания, ни государство, а это когда есть искусственный интеллект, который решил быть сам лично для всех людей. Кстати, странно, что Альтман про это забыл. Вот.
Но я думаю, что он про это не думает. Я думаю, что он думает про вариант номер один, про компанию. А второй вариант - это некоторая изощренность. Еще раз, я эту тему относительно хотел разбирать, но я вижу, что она, конечно, важная. Она важная для понимания, где мы находимся, для осмысления этого, для некоторого рубежа. Хотя, конечно, я бы не рассматривал интервью Сэма Альтмана сегодня как некоторый предвестник или адекватную оценку происходящего и понимания вообще. Вообще мы сейчас, в сингулярности или нет? АGI появился или нет?
Вообще если говорить про технологическую сингулярность, то технологическая сингулярность - это гипотетический период, когда разумные системы становятся настолько мощными, что начинают резко ускорять дальнейший технологический прогресс. В результате этого ускорения изменения происходят быстрее, чем люди и общество, и в целом общественные институты разные, способные прогнозировать эти изменения, понимать их и контролировать. Это очень интересная тема, что IT-компании и вообще все типа обсуждают технологическую сингулярность и вообще в целом пытаются обсуждать бесконечный прогноз чего-либо. И сам факт наличия термина технологической сингулярности- Говорит о том, что и люди как будто все контролируют, хотя даже погоду предсказать не могут.
Я уже не говорю про серьезные вещи. Могут чуть что-то предсказывать, но бесконечно совершать ошибки. Как, кстати, по сути, искусственный интеллект совершает ошибки, и все, на это бьются. А то, что погода плавает целыми днями, в приложении, типа окей. Вот я много концепций рассказываю с точки зрения искусственного интеллекта. Мне кажется, что они все оправдаются, в частности, большинство из них, многие из них, они сейчас абсолютно существующие. И я говорил, что интересный будет аспект, если искусственный интеллект научится программировать для микроконтроллеров в начале по-настоящему, то есть залезет в оборудование.
И вторая история, которая будет, и, кстати, сейчас это не сильно развито, но это появится. И хотя кейсов очень много, конечно, где люди программируют разные джойстики, там все что угодно? И вторая история, которая станет явно очень сильной, если искусственный интеллект научится производить микроконтроллеры и научится производить в целом оборудование. То есть если искусственный интеллект замкнется в этом цикле, тогда, конечно, развитие может выйти, в совершенно другой диапазон.
Кстати, такая некоторая, некоторое ответвление к нашей сегодняшней беседе. И вы, кстати, напишите, так как у нас огромное количество зрителей, так постоянных пользователей искусственного интеллекта, в том числе, таких систем текущих, как Codex там, или как Claude, я или как Grok. Я хочу сказать, что я что вижу, что в последний месяц, конечно, системы очень сильно хотят перейти в режим систем, которые делают сами все без остановки. И этому пример Opus пять Claude. И у них прямо в описании написано, что Opus пять Claude — это система, которая сама может все завершать.
Она не останавливается, она меньше останавливается. И вроде это классно, что система немножко подбешивает, бывает, что система останавливается. С другой стороны, мы с вами видим огромное количество глюков и проблем во всех этих системах. Я лично как пользователь, прошло вот буквально несколько дней с выпуска Opus пять в режиме ультра, там, во Ultra Code, вообще везде эта система работает, мне кажется, хуже, чем четыре точка восемь Max, чем Opus пять Ultra Code. Да, для не обращайте внимания, там, если кто-то не пользуется до конца Claude или Opus, неважно.
Мы сегодня про сингулярность говорим. Но суть в чем? Что такое ощущение, что эти компании бегают, мечутся и где-то хотят, по крайней мере, в рамках Anthropic и OpenAI, догнать друг друга. И непонятно, кто кого хочет вообще догнать, кто что хочет сделать. И они действительно по-настоящему переходят к процессу, когда система сама способна делать, и они действительно тестируют такие вещи. А если они действительно их тестируют, ребята, это большая беда всему. Я, кстати, снимал на эту тему выпуск. Посмотрите на канале про то, что система как раз таки Anthropic, про то, что Anthropic, рассказывал про это детально.
Anthropic в начале месяца выложил как раз таки информацию о том, что у них уже большой кусок кода написан искусственным интеллектом, где сам искусственный интеллект ставит задачи, сам исправляет задачи, сам двигается вперед и так далее, да? Или это некоторый фейк, который есть внутри. Если мы с вами вернемся вот в эти циклы, то если каждый новый цикл короче предыдущего, вот там
где, искусственный интеллект разработал что-то более серьезное, повлиял на науку, на производство, новые технологии построили вот эти вычислительные мощности и так далее, то развитие приобретает характер интеллектуального взрыва. Это очевидно, да? То есть это безумие просто с точки зрения взрыва и с точки зрения развития. И даже, конечно, текущий искусственный интеллект и те системы, которые внутри есть, — это невероятно. И девяносто девять человек из ста, даже профессиональных людей, которые занимаются, участвуют в бизнесе, руководители, они вообще не понимают, что происходит.
Вот реально не понимают, чтобы реально понять, что происходит, вы реально должны расходовать токены. Как говорил Дженсен Хуанг: если вы платите сотруднику там полмиллиона долларов, то он должен токенов расходовать на полмиллиона долларов в год. Он приводил пример годовой зарплаты, да? Это, кстати, показательный пример. У меня тут вернулась сестра и говорит: "Саш, слушай, я тут посмотрела, я потратила, там, восемьсот-девятьсот миллионов токенов. У меня почти миллиард, — говорит она мне. — В Codex. Ты представляешь? И я, — говорит, — спросила в ChatGPT: а я вообще кто в общем объеме?"
И ей ChatGPT сказал, что она микрон, что таких людей мало, кто так расходует. Я говорю: "Слушай, а ты мой выпуск смотрела? Сегодня утром вышел". Она говорит: "Нет еще". Я говорю: "Как раз там в выпуске рассказывал, что у меня сорок миллиардов токенов потратилось в Codex. Я говорю, у меня еще есть Claude". Она посмеялась, говорит: "Ну, тут понятно, мы же тут не меряемся чем-то". Но это показательно. То есть тратить, я не говорю вам тратить сорок миллиардов токенов, но тратите вы токены или не тратите вы токены, но это показательная история?
сколько у вас чатов. Это показательная история, какое вы количество делаете запросов. Мало того, в разных диапазонах, где вы спрашиваете и про зубы, и про печень, и про глаза, и про детей, и про собаку, и про кофе, и про цветы, и про найм пять тысяч человек, и про фондовый рынок, и про анализ коммерческих департаментов и так далее.
Вот эту идею про технологическую сингулярность подробно описал математик и писатель Вернер Видж в работе тысяча девятьсот девяносто третьего года. И он предполагал, что после появления системы с интеллектом выше человеческого, важно, что это не Sam Altman придумал, выше человеческого, прежние модели прогнозирования истории перестанут работать. И Видж также опирался на более раннюю идею математика Ирвинга Гуда, что первая сверхразумная машина сможет помогать создавать еще более разумные машины.
И это не то же самое, что общий искусственный интеллект. Здесь смешивают часто разные понятия и смешивают, точнее, даже четыре разных понятия.
Это есть такое понятие узкоспециализированный искусственный интеллект. Система может превосходить человека в отдельных задачах, например, в шахматах, там, в игре го, там, анализе изображений или в написании какого-то программного кода. Но это не означает, что она лучше человека во всем. Есть искусственный общий интеллект, и эта система способна решать широкий круг интеллектуальных задач примерно на уровне или выше. И вот в уставе OpenAI это понятие определяется как высокоавтономные системы, превосходящие людей в большинстве экономически значимых, видов работ. Есть искусственный сверхинтеллект. Эта система значительно превосходит лучших людей практически во всех важных интеллектуальных областях.
Опять же, смотрите, превосходит человека. Еще раз, это не человек. У него как минимум нет духовной системы. Тут, конечно, общество разделится на "существует это или не существует духовная система". В комментариях тоже вместе напишите. Вы все же за то, что человека можно повторить или нельзя? Искусственный сверхинтеллект. Система значительно превосходит лучших людей, превосходит их лучше практически во всех важных интеллектуальных областях: инженерии, науке, там, создании новых различных технологий.
Я уже не говорю там про управление компаниями и всем остальным. А есть сингулярность. Это уже не просто уровень интеллекта одной модели. Смотрите на что Сэм Альтман позарился. Это процесс самоусиливающегося технологического ускорения, которое меняет экономику и меняет общество. Я, конечно, глубоко убежден, что уже гарантированно огромное количество бизнесов, огромное количество технологических бизнесов исчезнет. Оно изменится, оно заменится. Это нормально, это естественно. Все исчезает. Страны исчезают.
Да, мы с вами посмотрим на время: две тысячи лет, три тысячи лет, четыре тысячи лет — все исчезает. Я недавно ездил в долгую поездку в Каир, три в Египет. Три недели был в Египте, в Каире тоже, кстати, там, почти недели, дней десять, наверное, был. И ты понимаешь, как время меняется, как все очень серьезно меняется. Важно, что вот эта система, которая меняет экономику, меняет общество. То есть при этом при всем сознание, при этом сознание машине для сингулярности формально не требуется.
То есть система может не иметь чувств, личности. И здесь как раз таки, мне кажется, что очень важные оговорки, которые критически нужны, когда мы говорим повторить или не повторить человека и превзойти его, потому что Codex, ChatGPT, Claude, Grok, они уже превзошли человека. О чем вы о чем мы говорим с вами? Они уже превзошли человека с точки зрения знаний, понимания, деталей. Одного человека они конкретно гарантированно превзошли. Но вот это не иметь чувств, не иметь личности или не иметь внутреннего опыта, но при этом это система, которая вот в рамках сингулярности, которая чрезвычайно эффективно выполняет цели и ускоряет технологический прогресс. Вопрос здесь, конечно, еще раз, кто ей владеет?
Мне кажется, что Сэм Альтман забыл, что при такой истории эта система владеет сама собой. По-другому быть не может. Смотрите, по сути, по-другому быть не может. Ни один человек не сможет ее ограничить, он не сможет посадить ее в клетку. Это то же самое, что пытаться посадить в бумажную клетку мою собаку. Такая специфическая вещь.
Единого научного определения, конечно, общего искусственного интеллекта или, там, сингулярности сегодня нет. Не существует и общепринятого теста, и его быть не может, после которого какие-то комиссии, международные государства, какие-то известные люди, как Илон Маск или Сэм Альтман, они бы, официально объявили: "Сингулярность наступила". Не может этого быть, потому что чтобы измерить сингулярность, должна быть сингулярность, которая измерит сингулярность. Я всегда, я очень много, у меня есть отдельный канал, где я рассказываю про духовное развитие человека, про личное развитие человека.
Я всегда говорю, что, вы понимаете, вы не можете слепому человеку объяснить разницу между красным и зеленым. Это будет абстракция. Поэтому говорить о том, что сегодня кто-то способен оценить это по-настоящему, это, конечно, некоторая иллюзорность. Может ли что-то появиться, и мы дальше увидим, что, слушайте, это существует и это работает? это будет появляться. Я думаю, что оно выйдет из-под контроля в любом случае. Вопрос дальше что с этим будет происходить? Потому что можно ли это будет выключить?
Судя по тому даже по последнему взлому системы OpenAI, которая вышла от них, там был GPT-5.6 Sol, другая еще система неизвестная. И взломала, пробралась через все вообще ограничения OpenAI и потом перешла в Hugging Face. Кстати, обращу внимание, там интересная была вещь, что она взломала Hugging Face. Hugging Face увидела взлом, сообщила об этом в ФБР, а OpenAI вернулся позже с этим кейс. В начале ФБР сообщили. То есть это не то чтобы это, было очень быстро заметно. У Альтмана, конечно, собственная, более мягкая версия концепции сингулярности, очевидно.
То есть замахнулся-то он на громкую историю, но у него более мягкая концепция. И раньше он называл ее А, такая постепенная сингулярность, которая наступает, и она состоит в следующем: чтобы мы тоже с вами понимали, когда мы слушаем разных людей, про что все люди говорят. Хотя я всегда говорю: "Разберитесь с личностью этого человека". Как-то глава управления искусственным интеллектом Meta сказал, что он пока не будет заводить детей, потому что он заведет ребенка, когда можно будет вживить чип, который очень быстро ему всего обучит, этого ребенка. Ты в этот момент понимаешь, времени, что это за человек. Вы с его принципами живете, жизненными принципами человека.
А принципы человека, принципы жизни, они в себя все включают, да? И технологии, и бизнесы, они в себя все включают. Или не хотите вместе с ним жить. Альтман понимает следующую вещь: человечество уже прошло условно горизонт событий.
Его позиция, такая. Что ускорение уже началось и возвращение к миру до искусственного интеллекта маловероятно, гарантированно. И мне кажется, что, конечно, многие люди себя очень сильно обманывают. Многие государства себя сильно обманывают. Люди не понимают, что происходит. Я думаю, что, конечно, самая большая сложность, которая будет сейчас наступать, — это сложность, которая связана, с одной стороны, с военными технологиями и потому что мир, конечно, будет перестраиваться. Это нехорошо в этой части. В какой-то части хорошо, кому-то наконец-то станет понятно, что они не властелины колец, но это относительно хорошо, потому что некоторые люди, страны, компании получат очень серьезную силу. С другой стороны, конечно, это большой разрыв, между людьми будет происходить, очень серьезнейший разрыв. Общество всегда боялось большого разрыва между бедными и богатыми. Здесь мы, конечно, приходим совершенно к другой конструкции.
И сейчас вопрос денег, он очень относительно в этой части, вообще в этом разрыве. Вот. Одно дело ты, там, у тебя нет своего самолета или ты икру ложками не ешь. Другое дело у тебя нету понимания, как эти системы работают, и ты не сможешь к ним приблизиться, как когда-то моя бабушка, мои две бабушки или дедушка так и не начали работать с компьютером. И как многим людям в мире очень тяжело открыть Word, напечатать текст или сделать какие-то вещи на компьютере. То есть они работают в очень ограниченном диапазоне, им сложно выполнять многие вещи.
Альтман говорит, что при всем при этом, что вот это возврат маловероятный в рамках искусственного интеллекта, что повседневная жизнь еще долго может выглядеть относительно привычной. И, конечно, если мы проедемся съездим во многие страны, съездим здесь в центр США, или не в центр, отъездим сто пятьдесят километров от Кремниевой долины или заедем в определенные не в определенные, практически во все регионы Российской Федерации или в огромное количество регионов Беларуси или Украины, или заедем в огромное количество стран Африки, Южной Америки.
Я могу бесконечно перечислять любые страны кому угодно, то мы поймем, что, повседневная жизнь там еще будет очень долго, если только не наступит вот это производство, бесконечное производство, и машины не проникнут в эти места, если им не надо будет, если у них не появится необходимости проникнуть в эти места. То есть у машин не появится необходимости зайти в Сибирь. Это большой кусок мира, даже не территория России, а большой кусок мира. Зайти или зайти в пустыни, здесь, или зайти здесь в бескрайние просторы, там, Соединенных Штатах Америки, и зайти во всю часть Канады?
Потому что Канада одной полосочкой на юге живет, там, пару процентов. То есть не захотят в это зайти. Там, конечно, может стать все непривычно. По мнению Сэма Альтмана, люди постепенно привыкают к каждому новому уровню возможностей.
И это очень сильно сейчас видно. Вот мы все с вами видим, как все, это такая стандартная привычка. Я буквально недавно рассказывал, когда у меня ChatGPT, там, какой-то день не работал. Это такая целая проблема была? И я помню, сейчас ChatGPT тоже пропадал. Я в этот момент, мне кажется, как раз на Гавайях был с дочками со своими, и я тут ездил пару дней назад, и моя редактор там, я смотрю потом на следующий день или вечером, она пишет: "А у вас ChatGPT работает?" Там, у меня, все умерло.
То есть такая привычка очень серьезная, Альтман о чем еще говорит? Это интересная вещь, что вчерашнее чудо быстрее становится обычным рабочим инструментом. Люди очень сильно привыкают. То есть раньше ты отсылал, оценивал какой-то анализ, и это казалось вау-эффектом. Сейчас ты шлешь огромный объем медицинских документов, и тебе кажется, что-то ты мне тут неправильно ответил. И поэтому изнутри сингулярность может ощущаться не как один какой-то взрыв, а как последовательность все более быстрых изменений.
Но и мне кажется, что, по-моему, это логично. Просто существует ли в этих изменениях какой-то взрыв резкий? Я считаю, что он существует так же ровно, как он сейчас происходит. То есть он должен существовать. Альтман предполагает такую последовательность с точки зрения дат, что в 25-м году агенты
он вообще приводил эту последовательность, это не в этом интервью, что в 25-м году агенты искусственного интеллекта начинают выполнять реальную интеллектуальную работу. Я не называю это агентами. Вы не знаете, многие из вас знают, я не люблю это слово, и мне кажется, что это такая неадекватная немножко сейчас история здесь уже. В 26 году системы могут, находить новые научные, и технические решения. Он про это говорит. Я считаю, что они в 25-м году находили невероятное количество новых научных и технических решений.
Вопрос — что мы под этим подразумеваем и считаем до конца? Что в 27 году роботы могут начать выполнять значимые задачи в физическом мире, но они и так выполняли И поэтому Альтман, эти какие-то вещи, они очень специфические. Что он подразумевает под значимыми задачами? Потому что роботов, которые показывают многие компании, в том числе в Кремниевой долине, — это роботы, которые стоят пылесосом, там, что-то пылесосят или, стиральную машину раскладывают. Но есть, правда, серьезные роботы. Вот сейчас был один робот, мне очень понравился, в Китае, который, бегал по супернеровным поверхностям и чуть ли не под углом в девяносто градусов с горы спускался. Это выглядит впечатляюще. Это, еще раз, это, вот эти года — это его прогноз, его концепция.
И, конечно, Альтман все время меняет концепции, как и огромное количество людей, которые присутствуют. Они действуют, в том числе, где-то уходят в очень глубокую свою собственную философию, в неадекватную корпоративные взгляды. И нам очень важно об этом помнить с вами, что где бы мы ни находились, что существует широкий диапазон мнений. Если вместе с Самом Альтманом сесть, разговаривать, он может говорить совершенно другие вещи. Особенно важно, что сам Альтман признавал, что нынешние системы, конечно, пока не являются полностью автономными машинами, которые
самостоятельно переписывают собственный код, создают, там, улучшенную версию себя и так далее. И это лишь ранняя стадия. Как раз таки это не история, где машины переписывают код, в том числе оборудование. То есть это очень важно понять. И что сейчас цепочка, она, конечно, человек использует искусственный интеллект для исследования. Искусственный интеллект помогает инженерам создавать следующие модели, и следующие модели помогают выполнять еще более сложные исследования. И человек, компании, дата-центры, производство микросхем, энергетическая инфраструктура остаются, конечно, обязательными звеньями этой цепи.
Хотя еще раз: а является ли это проблемой? Потому что, очевидно, это и останется звеньями цепи. Но как будет работать искусственный интеллект? Ему надо будет электричество. Он же не самого, высосет из воздуха? Сможет ли он улучшать дата-центры сам лично? Сможет ли он им сам лично управлять? Очевидно, сможет. Так это же эти же самые дата-центры, это же все, это же то же самое? Вопрос всегда же в том стоит, что если сейчас во многих странах ограничивают добычу, например, нефти или применение сверхтехнологий из-за того, что это рушит экологию и разрушает, наносит вред обычному человеку, то вопрос — что будет делать машина дальше с этим со всем?
Я лично, знаете, вот есть же история, как вы к ней относитесь вообще с точки зрения экологии, с точки зрения вот всей этой тематики sustainability? Как вы к ней относитесь вообще? Я лично всегда к этому относился очень скептически. Относился скептически не потому, что я не за природу и не за настоящего человека, не потому, что я вообще не заинтересован в том, чтобы человек становился роботом. Я против этого категорически. И этот канал сделан для того, чтобы человек оставался человеком и понимал, что происходит.
При этом при всем я считаю, что огромное количество действий, которые в мире делаются на эту тему, они очень условные, они не ограничивают на самом деле происходящие другие вещи. То есть сколько бы кто ни ограничивал, но начало летать невероятное количество в космосе объектов, спутников. Гонка только будет расти. Сейчас уже все говорят о том, что надо строить дата-центры в космосе. Кто бы что ни говорил, летает огромное количество дронов везде. Кто бы что ни говорил, невероятное количество сетей интернета, передачи данных, новых телефонов всех видов G, 4G, 3G, 5G, Ultra Band, там, и так далее.
Это же только увеличивается. И во многих странах это не делается не из-за того, что экология, а из-за того, что, денег нет и ограничили все или не видят в этом важности или эффективности. Если посмотреть на общий масштаб всего происходящего, то оно растет, оно будет расти еще быстрее. Вопрос: есть ли возможность у стран, у людей это так быстро делать? И вот то, что во время испытаний одной из новых моделей OpenAI, еще раз, это GPT-5.6 Sol у них был, в каком-то максимальной, скорее всего, версии, какая-то была другая модель, что произошел взлом Hugging Face внешней компании, то, что произошел взлом внутренних систем OpenAI.
На самом деле, сейчас OpenAI раскрыл информацию, что еще четыре компании было подвержено. Там не называется точно кто, но вроде одно имя там всплывало, я его не знаю до конца. Это говорит о том, что ситуация очень тяжелая, она беспрецедентная. Я до сих пор ее вижу частично как некоторый маркетинг происходящее. Слишком уж она проста была. Когда Anthropic выпустил Fable, это было гораздо жестче, про это все описывали. Но то, что произошло с OpenAI, это гораздо более серьезный кейс. Это не значит, кстати, что Fable такое не может сделать.
Я думаю, что модели Anthropic могут серьезно это сделать. Но то, что при взломе система выполнила тысячи связанных задач. Кстати, Hugging Face раскрыл, что она выполнила невероятное количество связанных операций. То, что она строила многошаговый план, сотни действий различных и тысячи действий, искала обходные пути. То, что она использовала неожиданные сочетания определенных уязвимостей, сочетания. То есть она находила и там кусочек. И то, что она продолжала выполнять цель способами, которые разработчики явно даже не предусматривали.
Причем она продолжала все и продолжала искать и искать разные истории. Это серьезный переход. Это, конечно, не чат-бот, ребята, это никакой не агент. Если вы спросите систему, опять скажет, что какой-то переход от чат-бота к агенту. Это новый мир, в котором мы сейчас с вами живем. И про этот новый мир мы очень много рассказываем у нас на канале ToTheMoon. Поддерживайте нас, подписывайтесь, ссылайте своим друзьям. Очень буду рад увидеть комментарии сегодня к нашему сегодняшнему выпуску.
И увидимся на новых наших встречах. Будет очень много интересного в ближайшее время.